Черный тюльпан

Черный тюльпан

ФАРИД РАУФ ОГЛУ

ЧЕРНЫЙ ТЮЛЬПАН

"А"

Свет в казарме тускло мерцал и каждое движение в комнате отдавалось дикими плясками теней на стене. Было тихо и скрип карандаша по смятому листу бумаги входил в сон пятерых солдат. Шестой писал письмо. Писал аккуратно, тшательно выводя каждую букву, проверяя наличие грамматических ошибок, будто это имело огромное значение. Ведь мать ждет любой весточки, все равно какой. Но может потому он писал аккуратно, что писал эти письма также себе?

Другие книги автора Фарид Рауф оглу

Фарид Рауф оглу

ЛАПКИ ГУСЕЙНА

(Азербайджанский триллер или страшилка новой волны)

На карамельной фабрике произошел ЧП. Точнее, все началось с ошибки на бумажной фабрике. Получив заказ на производство оберточной бумаги для конфет "Гусиные лапки", фабрика, в результате ошибки наборщика, выпустила конфетную бумагу с названием "Лапки Гусейна". И возможно, никаких последствий не было, если бы директора карамельной фабрике по чистой случайности не звали Гусейн Гусейн Ибрагимович Халилов.

Фарид Рауф оглу

ОДНАЖДЫ В АМЕРИКЕ В БАКУ

Бахман вышел прогуляться на Торговую. Было скучно. Самое верное занятие при таких обстоятельствах - пошататься. У книжного пассажа он встретил дворовых приятелей. Разговоры о том, о сем - открытие нового кооперативного ресторана, где подают клевое блюдо с грибами, новый альбом "Моdern Talking", покрышки к машинам, девочки и так далее.

- Время наступает совершенно новое, - восклицал Вадик. - Горбачев видит в кооперативах силу, которая может решить проблему с дефицитом...

Фарид Рауф оглу

ДЕМБЕЛЬСКАЯ ИСТОРИЯ

Разбросанные подобно серпантину звезды украшали российское небо. Сиротливо уставившийся на Фархада фонарь слабо освещал морозный воздух. Свет с трудом пробивался через пыльный абажур, заполненный дохлыми мотылями.

Фархад сделал последнюю затяжку и точным выстрелом послал окурок в мусорку. Заскрипела дверь роты материального обеспечения войсковой части. Затхлый воздух казармы, пропитанный запахом портянок, сапог, просаленных хэбэ и, главное, десятками выдыханий солдат, резко ударил в нос.

Популярные книги в жанре Современная проза
"Избранное" - это сборник рассказов и новелл, написанных Лучией Деметриус после освобождения родины. Автор рассматривает свою работу как урожай своего таланта, сравнивая плоды своего творчества с яблоками, некоторые из которых еще не дозрели. В книге автор демонстрирует новый взгляд на свою жизнь и труд, обращаясь к событиям и проблемам, волновавшим современников. "Избранное" представляет собой объединение пьес и новелл, в которых автор стремится развенчать образы духовно обанкротившихся бывших хозяев жизни, а также создать светлые образы строителей новой свободной жизни. В тексте присутствует волнующая вера художника в то, что его творчество будет продолжаться и развиваться даже после его ухода, что подчеркивает глубокую ответственность перед новыми читателями.
"Импотент" - это история о господине Н., который вступил в свою последнюю треть жизни. Среди недостатков его - склонность к облысению, а среди достоинств - легкая походка и привычка к размышлениям. Он получил образование в области геологии, женился, развелся, у него два сына, и впоследствии он стал обитателем однокомнатной квартиры. Господин Н. не терпит определения "господин", что объясняется его советским воспитанием. Это повествование о человеке, который уже многое успел в жизни, но сталкивается с новыми вызовами и проблемами в своей зрелости.
Дарья Алавидзе, колумнист National Geographic Traveler, поделилась своими наблюдениями и историями о живой уличной жизни разных стран и городов в своей книге "Подорожник". Она не описывает достопримечательности и музеи, а рассказывает о простых людях - булочниках, бродягах, музыкантах, старушках и других необычных героях, которых она встречает в путешествиях. Сюжеты из их жизни переплетаются с городскими легендами и историческими фактами, создавая лиричные истории. Книгу украшают остроумные иллюстрации израильской художницы Регины Шафир, которые добавляют красок и юмора в увлекательные рассказы автора.
Книга Наталии Червинской является глубоким исследованием психологических аспектов жизни эмигрантов, она заинтересована не столько в повседневных проблемах, сколько во внутренних трудностях, с которыми сталкиваются переселенцы. Ее проза отличается умом, иронией и мастерским построением сюжета, пронизана множеством точных деталей. Первая книга писательницы "Поправка Джексона" завоевала сердца читателей и стала финалистом Русской премии. В новое издание вошли не только новые рассказы, но и эссе "Маргиналии: Записки читателя", где автор вкладывает свои воспоминания и литературные рассуждения, создавая неповторимую атмосферу.
Ида Финк, автор единственного произведения на иврите, удостоенного Государственной премии Израиля в области литературы, родилась в Польше, где вместе с сестрой скрывалась от нацистов во время Холокоста. Ее лаконичная проза лишена пафоса и демонстративного изображения жестокости, но все же вдохновляет читателей к размышлениям о глубоких и стремительных изменениях в истории человечества. В книге "Уплывающий сад" автор перекликается с эпохой до Холокоста и следующими за ней событиями, рассказывая короткие истории, которые заставляют задуматься о разрыве между прошлым и настоящим.
После инсульта великого мастера японской каллиграфии он теряет не только способность к речи, но и магическую силу своего искусства. В это время его ученик находит древнюю Тушечницу Дайдзэн, которая наделяет своего владельца огромной силой слова. Однако, это открытие приводит к раскрытию древних тайн, которые лучше было бы никогда не раскрывать. Роман японо-американского дуэта - Тодда и Линды Симода "Четвертое сокровище" доступен теперь на русском языке.
Большинство считали, что это самоубийство, но были и сомневающиеся. Идея убийства даже не рассматривалась серьезно. Однако прошло девяносто лет, и британская контрразведка решает начать расследование. Основное расследование поручают бывшему сотруднику полиции, который имеет редкие способности, но ужасный характер. И теперь ему предстоит выяснить истинную причину произошедшего. Важно отметить, что в книге присутствует нецензурная лексика.
Эта книга рассказывает о судьбе девушки во время корейской войны, когда люди, которых объединяла принадлежность к одному народу, стали врагами и начали убивать друг друга. В романе описаны сложные моменты жизни героини, когда ей приходится совершать выбор между совестью и стыдом, честью и позором, ненавистью и любовью. Эта книга будет интересна читателям, старшим 14 лет, желающим погрузиться в историю и замысловатые моральные дилеммы.
Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Владимир Раугул

АРНОЛЬД ЕРМАК

или в защиту русского кинематографа (Заранее прошу извинить всех имеющих отношение к этой истории за то, что хотя она и базируется на правде, но все таки является полным вымыслом)

Ало? Да! Фильм говорите хотите снимать, да? И у нас, у американских инвесторов, деньги просите? Про кого фильм-то? Про Ермака? Это тот мужик, что Сибирь захватил? А жалко, что Сибирь в Аляску не входит. Ну да ладно, деньги мы вам дадим, дадим деньги, говорю. Но коли деньги то будут американские, то актер будет американский. Что Вы говорите? Что у вас Ермака будет играть мужик из под Ярославля? Нет, так дело не пойдет! Что на это скажет американский зритель?! Ермака должен играть только американский актер! Вот есть у нас Арнольд, например. Могучий мужик. По семь станковых пулеметов в одной руке носит, не считая гранатометов, пушек, ракет системы земля-земля и всякой прочей всячины. Вот он у вас и должен Ермака играть. Деньги мы выделим. Что Вы говорите? Что под кольчугой все равно мускул видно не будет?! Да на кой хрен ему эта кольчуга! От него все равно пули отскакивают как от гранитно-каучуковой стены. Что Вы говорите? А стрелы тем более! Да.. Да.. а на хрена ему меч! Он с ним давно уже нигде не снимается -это не его образ! Вот дадим ему десантный нож, пусть он им всех и режет на мелкие кусочки. А кого резать то? Татар?! Это такие узкоглазенькие то?! Это Вы что, с ума сошли! Что за расистские выходки! Полюс ко всему, они же сейчас национальные меньшинства! Что скажет об этом наш сенат?! Что?! Негров вместо татар предлагаете?! Вы что, нас с Куклускланом решили ассоциировать!? Нет, нет, так дело не пойдет. Коли резать кого десантным ножом на мелкие кусочки, так это лиц нейтральных, без никакой национальности. Коммунистов, например. Ваш зритель не поймет, говорите? Ну, да бог с ним!

Владимир Раугул

БАРАН

Старый глупый иранец Мустафа приехал жить в Англию и не знал он того, простофиля, что там у них все не как у людей. Вот сидит Мустафа у себя в доме в Лондоне, сидит - Иран вспоминает. А как хорошо было бы, - думает,как в Иране пригласить друзей, барашка зарезать, зажарить его, посидеть, поговорить. Ну, Мустафа планы в долгий ящик не откладывал. Поехал на ферму и купил барашка. Сидит дома, нож точит, хочет друзьям звонить. Тут баран сзади подходит и как пнет его копытом, головой мотнет и спрашивает Мустафу - ты чего это тут зараза делаешь? Мустафа чуть на пол не съехал. Хорошо, он ко всему привыкший был, войну с Ираком прошел, снарядом по голове получил, но выжил. Многое повидал в жизни Мустафа, и решил, что удивляться нечего ведь некоторые бараны не только говорят, но еще и книги пишут, а другие бараны их читают. Короче поморгал, поморгал Мустафа глазами при виде говорящего барана, а потом решил не удивляться. Ну и что с того, что баран говорит? Мало ли какие у них в Англии порядки? Говорит - значит так ему положено. Но не пропадать же планам о жареной баранине! Ну Мустафа честно барану и отвечает, что так мол и так, шашлык, понимаешь, уважаемый, из тебя делать буду. Ты же ведь на то бараном и уродился. -Э!!, - отвечает баран. Это ты свои варварские азиатские штучки брось! Нечего тут, тут ты не в Иране! Здесь у нас поножовщины не допускается. Ишь ты чего удумал!!! Ты что, поговорку не знаешь: собака - друг человека! -Но ты же не собака, удивился иранец. - Правильно, я не собака, я - баран. А баран - он всегда начальник. Так что все, теперь, будешь под моим руководством, а если что не так - то я мигом в организацию защиты животных позвоню, и ты пожалеешь что на свет не свиньей родился!!!

Владимир Раугул

Дед Пихто

Дружок мой, Мишка, не дурак выпить. Ну не то что бы он пьяница, понимаете. Ну выпьет бутылку, другую - но все в пределах разумного. Жена, правда, этого не понимала. Ну куда ей! Ясно - трезвый пьяному не товарищ. Ну, просыпается это он как-то утром - жены нет. Голова тяжелая опохмелится жуть как надо. Он комнату осмотрел, глядит - мужик сидит. Причем мужичонка такой, сомнительного вида- прозрачный весь, плюгавенький, старый, борода взлохмачена, а по ней вроде как вши ползают. Никогда еще Мишка ничего подобного не видел. Спрашивает старикашку. - Ты кто?

Владимир Раугул

Эх, не понимают...

- Ну, давай еще по одной. С наступающим! Все ж таки хорошо, что мы здесь с тобой Новый год встречаем, дома. Чего хорошего, спрашиваешь? Э, брат! У меня друг не днях, Сашка, из-за бугра вернулся. Весь измученный человек, измочаленный, смотреть страшно. Отмотал свой срок там словно в местах лишения свободы. Да нет, я тебе слова его передаю, в натуре. Не веришь, позвони ему сам. В Англии он был, говорит. Уж поиздевались они над ним, супостаты. Измотали душу русскую. Ведь он же к ним на рождество попал, знаешь? И самое главное, Сашка язык то ихний понимает - ну все просто, а людей, говорит, понять не может. Вот ведь какая штука. Попал он к ним на Рождество значит. Ну Рождество так Рождество. А чего бы и не выпить? Ну приходит он туда, в гости значит - елочка стоит, а не пахнет. Ну, думает Сашка, искусственная, наверное. Но ошибся, правда, как потом выяснилось. Елочка настоящая, только елочки те они специально выращивают, в особых питомниках, ну и делают там наверно что-то такое специальное с ними чтобы они не пахли, ну чтобы запах смолы о диких лесных временах не напоминал да вообще, не заглушал бы сладкосмердия цивилизации. Ну проходит Сашка, видит - наливают. И самому можно наливать. Ну, думает, ничего, весело будет. И было бы, если бы не местное занудство. Ну правда с разговорами то к нему лезли, те кто напились. Но ведь все не по-нашенски. "Какая погода сейчас!", говорят. "Намного холоднее чем в прошлом году." Ну Саша объясняет, что не видел мол он ихней погоды в прошлом году и вообще он из России. Ах из России,- говорят,- ну, тогда для Вас здесь тепло. Вы же ведь там вообще круглый год на морозе в снегах живете! И как это вам удается, только, честное слово?! Ну Саша, конечно, объяснил, что спасаясь от морозов каждый москвич на зиму копает себе в снегу берлогу где и ждет окончания полярной ночи сося лапу и запивая самогоном. Ну и дальше что-то в таком духе. Настолько зябко было Саше рассказывать непонятливым островитянам о Русских снегах, что "для сугрева" он неимоверное количество водки выпил, и согрелся, говорит, хорошо. Но после окончания обсуждения погодных эпопей Саша уж не очень хорошо помнил повод по которому пили. Ну взял да и спросил собеседника. Ну как же,- отвечают ему,- Рождество же! Чье?- Спросил Саша. Ну тут какая-то старушонка подскочила и давай ему про Иисуса Христа рассказывать, целую историю рассказала. Ну тут Саша почувствовал, что его за дурака принимают, ну и чтобы в грязь лицом не упасть, говорит старушонке, что тоже сходную историю знает. "Какую?" Удивилась она. Да, говорит Саша, была у нас в комсомольской организации девчонка одна, Машкой звали (ну, Мэри, по ихнему), ну, и когда за муж собиралась выходить, выяснилось, что она уже залетевшая, причем от Большого Руководителя. Жених ее узнав о таком деле по началу наотрез отказывался женится. Но ему сказали, женись, мол, на ней, хмырь, а то тебе же хуже будет. Ну, пришлось женится, короче. Родился сын у них, и все было бы ничего, да только мать как то поссорившись с мужем проболталась ему, что мол сын он Большого Руководителя. Ну тут его и понесло. Как начал везде заявлять, что он сын Руководителя, как начал говорить, мол, что Папу не попрошу, все сделает, так засыпали его просьбами. А он все обещает да хвалится - сделаю, мол дорогие, сделаю. Ну у людей то просьбы серьезные, насущные - кто хочет начальника вытурить и на его место сесть, кто чтобы соседа посадили а ему бы соседскую комнату отдали, кто чтобы тещу на комсомольскую стройку отправили навечно, ну и прочие просьбы. Ну люди верят, надеются. А все ведь такое важное , наболевшее. А парень знай себе только обещания раздает, а папу то и в глаза не видывал. Обещания так обещаниями и остаются. Ну терпел народ, терпел, потом поняли - смеются над ними. И не сын то он Его видимо вовсе. Не вынесла душа их нежная да ранимая такого глумления, да собрались как-то они все вместе да надавали парню так хорошо, что он аж дышать перестал. Ну видят они - прибыли парня. Испугались да убежали.