Дивный сон

Дивный сон
Автор:
Перевод: Е. Рождественская-Молчанова
Жанр: Классическая проза
Год: 1991

Прошел праздник поминовения предков – Цинмин. Вот-вот должны были зацвести яблони. Весна в этом году запоздала. Бабочки еще не окрепли, зато в пчелах чувствовалась стремительность с первого же дня их появления на свет, словно они и в самом деле могли найти в мире что-то сладкое, дающее радость. В небе висели маленькие легкие облачка. Где-то в вышине парили ласточки, то скрываясь, то появляясь из-за облаков. Ветра как будто не было, а ивы покачивались, казалось, они хотят скорей пробудить молодые желания, которые рождает весна. Нежная зелень полей покрывала склоны холмов. И чем выше, тем зелень казалась светлее. А на самых вершинах вокруг нее образовалась бледно-желтая кайма. Деревья еще не цвели, но и они излучали нежность, и голубое небо из-за холмов посылало тепло.

Другие книги автора Лао Шэ

Межпланетный корабль прилетает с Земли на Марс и оказывается в удивительном государстве, где живут люди-кошки… Так начинается роман знаменитого китайского писателя Лао Шэ «Записки о Кошачьем городе». В этом произведении, близком по духу «Истории одного города» Салтыкова-Щедрина или «Острову пингвинов» А. Франса, автор остроумно изобразил государственные учреждения, армию, систему хозяйства и образования, схоластическую науку, официальное искусство, основанные на порядках, хотя губительных для страны, но, к сожалению, весьма живучих. Многое в этом романе напомнит читателям и о нашей действительности.

Шедевр драматургии Ляо Шэ "Чайная" в своих трех актах воссоздает – на крошечном пространстве пекинской чайной – три переломных этапа в истории китайского общества. Воссоздает судьбы посетителей чайной, через изменения в царящей в ней атмосфере, в манере поведения людей, в тоне и даже лексиконе их речей. Казалось бы, очень китайская и даже сугубо пекинская пьеса – разумеется в хорошем исполнении – впечатляет и зрителей в дальних странах.

Автор: Лао Шэ

Незамысловатая и печальная история жизни пекинского рикши Сянцзы по прозвищу Верблюд воспроизведена в романе с таким богатством жизненных обстоятельств и подробностей, с таким проникновением в психологию персонажей, на которые способен лишь по-настоящему большой писатель, помимо острого глаза и уверенного пера имеющий душу, готовую понимать и сострадать.

В романе раскрылся специфический дар Лао Шэ как певца и портретиста своего родного города. Со страниц «Рикши» встает со всеми его красками, звуками и запахами древний, во многом уже исчезнувший и все-таки вечный Пекин, его переулки и дворы, его обитатели всех профессий и сословий с их неповторимым говором, с их укладом и вкусами. Существует несколько редакций романа. В настоящем издании впервые приводится перевод первоначальной.

В данной книге представлены произведения Лао Шэ - выдающегося китайского писателя XX века. Среди них есть роман "Рикша", который открывает глубокий гуманистический смысл, сатирический роман "Записки о Кошачьем городе", отрывки из незаконченного романа "Под пурпурными стягами", где речь идет о Пекине времен маньчжурских богдыханов, а также выбранные рассказы и отрывки из биографических записок "Старый вол, разбитая повозка". Данный сборник выпущен в честь 15-летия со дня трагической гибели писателя в период так называемой "культурной революции" в Китае. Он является частью золотого фонда современной китайской литературы и позволяет окунуться в историю и мысли великого писателя.
"Под фиолетовыми флагами" - последнее значительное творение выдающегося писателя из Китая, которому он посвятил многие годы своей жизни до своей трагической кончины в 1966 году. Роман остался неизвестным для публики до 1979 года, когда первые одиннадцать глав были опубликованы в журнале "Народная литература". Через год роман вышел отдельным изданием. Основной сюжет этого последнего романа Лао Шэ рассказывает о прожитом - о событиях, произошедших в Китае на смене XIX и XX веков, в то время когда сам писатель был рожден. В те годы в стране правил маньчжурский Цинской династии. Тему этого романа отражает его название, где "под фиолетовыми флагами" (по-китайски - "истинно красные") имеется ввиду одно из "восьми знамен" - специфический символ маньчжурского правительства. Хотя его необходимо отнести скорее к автобиографическому роману, который подробно описывает детство писателя, а еще лучше к семейной хронике. Лао Шэ был маньчжуром, поэтому основное внимание уделено жизни маньчжурской семьи. Из этой точки зрения, произведение Лао Шэ уникально, потому что в китайской литературе нет другого произведения, которое бы так точно и сочетательно представляло жизнь этого удивительного народа, который захватил Китай в XVII веке и практически полностью интегрировался в китайскую культуру через два столетия. В процессе чтения романа, оживляются образы маньчжурских "знаменитостей", и мы ясно представляем их уникальные нравы, привычки и психологию.

«Развод» написан в традиционной манере социально-бытового повествования, в нем изображено пекинское чиновники средней руки с их заботами и страстишками. С немалой долей иронии обрисованы мелкие люди, разыгрывающие из себя важных персон, их скучная жизнь с нелюбимыми женами, робкие мечты об иной, «поэтической» действительности. Но события убыстряют свой ход: арестовывают сына одного из персонажей, старания вызволить его приводят к гибели другого. Ирония отступает на задний план, фигуры становятся многомерными, сквозь, казалось, прочно сросшиеся с лицами маски проступают человеческие черты. Затем треволнения уходят в прошлое, река жизни течет по прежнему руслу. И только главный герой уже не может жить по-старому.

Госпожа Мин – женщина себе на уме. Она родила мужу сына и дочь, но все еще завивает волосы, хотя ей вот-вот стукнет сорок. Госпожа Мин не в ладах с грамотой и, зная за собой этот недостаток, старается восполнить его неустанными заботами о семье: печется о детях, о муже.

Детям госпожа Мин во всем потворствует, не смеет их поучать, наказывать. Даже сердиться на них в присутствии мужа не решается, ибо понимает: она доводится им матерью лишь потому, что он – их отец. Надо постоянно быть начеку: муж для нее – это все. И она не может ни бить, ни ругать его детей. Не то, чего доброго, он в гневе прибегнет к крайнему средству – женится на другой, она же не сможет обзавестись другим мужем.

Книга "Старый вол, разбитая повозка" состоит из отобранных глав, которые представляют собой сборник эссе и очерков писателя Лао Шэ. В книге автор, рассматривая свой опыт и отношение к своей работе, к самому себе и к окружающему миру, ведет серьезный и откровенный разговор. Хотя не всему написанному автор соглашается сам с собой, чтение этих очерков, обладающих историко-литературным значением, интересно и поучительно. Книга получила название "Старый вол, разбитая повозка" случайно, но возможно, что автор желает сказать, что и он способен дать хороший совет и что его опыт стоит внимания. Общий объем книги составляет 14 небольших глав, из которых отобраны те, которые более полно раскрывают идеи и позиции писателя в начале 30-х годов.
Популярные книги в жанре Классическая проза
"Характеры, или Нравы наших дней" Жана де Лабрюйера - это сборник острых искрометных мыслей и живописных портретов, которыми автор пытается передать общественные обычаи своего времени. В своем труде Лабрюйер стремится привлечь внимание к недостаткам нашего общества и направить их на исправление, отражая их как естественные черты. Его язык настолько живописен и подробен, что люди того времени не сомневались в реальности его характеристик и даже пытались распознать в них знакомых лиц. Хотя, возможно, автор черпал вдохновение из жизни реальных людей, многие образы Лабрюйера обладают всеобщим значением, которое до сих пор не утратило своей актуальности. Каждая эпиграмма или портрет - это глубокий рассказ о натуре человеческого общества и его неизменных характеристиках.
"Три купальщика и йельский выпускник (в переводе Владимира Муравьева)" - аннотация: Отрывок из книги рассказывает о трех мальчишках, чьей любимой забавой было купание в протоках воды. Автор описывает, как каждой весной реки наполнялись водой, привлекая разнообразных животных и рыб. Главный герои, Мурад, Джо и еще один мальчик, отправляются на протоку Томпсоновой реки, чтобы купаться в ее прохладной воде. Однако, приближающаяся гроза и холодное серое небо намекают на необычный поворот событий.
Антология "Вылазка в действительность", созданная в серии "Мастера художественного перевода", предлагает читателю погрузиться в удивительный мир настоящей литературы. В ней приведены переводы произведений Дж.Р.Р.Толкиена, В.Ирвинга, Гилберта Кийта Честертона, Мюриэл Спарк, Джона Фаулза и других ирландских и американских писателей, которые были выполнены Владимиром Сергеевичем Муравьевым. Он стремился приблизить эти шедевры английской литературы к уровню классиков русской прозы, таких как Чехов и Бунин. В антологии можно найти множество тайн и секретов мастерства этого выдающегося переводчика. Изучив их, читатель сам окунется в игру литературы, став соучастником, испытывая восторг и изумление.
В этой книге вы найдете четыре главных романа, которые демонстрируют различные аспекты и эпохи жизни. Они отражают слияние молодежи и эры джаза, а также рассказывают о разочарованиях и стремлении к достижению своих целей. От ранних работ, история молодого и целеустремленного американца, до поздних шедевров, романы Фицджеральда погружают нас в мир ярких огней и противоречий. Мы узнаем о жизни этих героев, их блистательных приключениях, но также об их выборах и последствиях, которые им пришлось пережить. Книга также включает элементы автобиографии автора и отражает его собственные страдания и борьбу со сложностями. Погружайтесь в этот мир, где мечты сбываются, но рушатся под звуки мелодии. Проза Фицджеральда искушает, поражает своей глубиной и оживляет эпоху процветания и краха.
В этой книге собраны шедевры английской новеллы, созданные талантливыми авторами конца XIX - первой половины XX века. Вас ждут захватывающие произведения таких мастеров, как Томас Харди, Джозеф Конрад, Редьярд Киплинг, Вирджиния Вулф и другие. Каждая новелла олицетворяет уникальный стиль и талант своего автора, погружая читателя в разнообразные миры и сюжеты. Откройте для себя разнообразие жанра новелл в этой увлекательной сборке.
"Избранное" - это сборник произведений выдающегося румынского писателя Барбу Делавранча, известного также под псевдонимом Барбу Штефэне́ску. В книге представлены яркие и оригинальные произведения, которые отражают глубокую любовь автора к своему народу и его веру в его силы. Барбу Делавранча, выступая против реакционной теории "чистого искусства", создавал произведения, которые отражали реальную жизнь народа и его борьбу за справедливость. Сборник включает в себя новеллы, рассказы, поэмы в прозе и фантастические сказки, в которых автор с любовью и уважением описывает простых людей и их борьбу за свое место в мире. "Избранное" - это произведения, которые доказывают, что истинное искусство источник берет из жизни народа и искренне отражает его радости и страдания.
Три поколения семей Дарк и Пенхаллоу переженились между собой, но конфликты между ними не утихали. Пожилая и эксцентричная тетя Бекки объявила свое завещание относительно фамильной реликвии - кувшина Дарков. Она установила несколько условий для будущего обладателя, но не раскрыла его имя, оставив все в неопределенности. В течение года произошли существенные изменения в семье: кто-то разорвал помолвку, кто-то помирал, кто-то поссорился, а кто-то вернулся к прежним отношениям - и все эти перемены связаны с наследством тети Бекки. Наконец, наступил вечер, когда завещание тети Бекки было открыто… и для семьи последовал ошеломляющий сюрприз.
29-летняя Валенси Стирлинг живет в тени своей властной матери и навязчивых родственников. Она никогда не была влюблена, не получала предложений о браке и находит утешение только в «запретных» книгах Джона Фостера. Но после шокирующих новостей от врача, Валенси решает сбросить оковы семейных обязанностей и отправиться в удивительное путешествие. В этом путешествии она обретет не только любовь и приключения, но и возможность быть самой собой, наконец-то избавившись от тени прошлого.
Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дом, где раньше помещалась «фирма» телохранителей Ша Цзылуна, давно превратился в обычный заезжий двор…

Восток не мог не пробудиться от глубокого сна. Гром пушек заглушил рев тигров в малайских и индийских джунглях. Люди спросонок протирали глаза, молились богам и предкам; вскоре они потеряли свои земли, свободу, независимость. Люди другой расы стояли у дверей, и дула их ружей еще дымились. Разве могли теперь помочь длинные копья, отравленные стрелы и толстые щиты, ярко расписанные цветами и змеями? Даже предки и боги, в которых они верили, потеряли силу. Китай драконового знамени перестал быть загадкой; появились поезда, рельсы пересекли могилы предков, растоптали местные святыни. Оранжево-красные знамена с кисточками, мечи с ножнами из зеленой акульей кожи, звенящие колокольчиками уздечки, острословие, крепкая брань всевозможных бродяг, слава и доблесть, а вместе со всем и Ша Цзылун, его военное искусство и предприятие минули как сон, как вчерашний день. Сегодня – поезда, скорострельное оружие, торговля, террор… Поговаривают даже, что нашлись люди, которые хотят отрубить голову самому императору.

Когда я вспоминаю детство, на память мне приходит цветок – красивый большой бутон на тонком стебельке. Под теплыми лучами весеннего солнца он раскрывает свои прелестные алые лепестки, открывая золотистую сердцевинку. Этот цветок – я сама. Случалось, я грустила, но грусть была мимолетной, как утренняя заря. Заря тоже прекрасна, как солнце, но не такая яркая. Пасмурные дни моего детства я помню смутно. Да, небо иногда темнело, и начинался дождь. Но и эти мгновения вспоминаются мне прекрасной радугой, скачущими по воде водомерками и цветами с жемчужными капельками на них. Совсем еще ребенком я поняла свою прелесть и очарование. Я была умнее сверстников – вернее, имела возможность быть умнее. Ничего особенного делать я не умела, да и зачем мне было этому учиться. И все же я слыла умной. Пожалуй, потому, что за меня все делали другие, стоило только слово сказать. В общем, моего ума хватало на то, чтобы заставить других на себя работать, а потом оценивать плоды чужого труда. Окружавшие меня люди все были ниже меня, потому и подчинялись, и глупее – чего же мне было ждать от них? Превосходство в положении давало мне превосходство и в уме. Но я не желала об этом думать: я верила, что и в самом деле очень умна. Я не только купалась в солнечном свете. Я сама была маленьким солнцем, посылающим прекрасные теплые лучи. Я сама излучала сияние.

После ухода управляющего Цяня у Синь Дэчжи, старшего приказчика в «Тройной удаче», от забот и тревожных предчувствий пропал аппетит. Цянь был общепризнанным знатоком в торговле шелками, а «Тройная удача» – всем известной старой фирмой. У Цяня Синь Дэчжи выучился мастерству. И опасался он не за себя. Он и сам не мог сказать, отчего ему так тревожно: казалось, будто Цянь унес с собой что-то такое, чего уже не вернешь.

Когда новым управляющим стал Чжоу, Синь Дэчжи понял, что предчувствия его не обманули: тут уже стало не до молчаливых переживаний – в пору было кричать! Этот Чжоу сразу же повел себя, как настоящая потаскуха: «Тройной удаче» – солидной фирме с многолетним стажем – предстояло отныне завлекать покупателей с улицы! От одной этой мысли рот Синь Дэчжи презрительно кривился – как разварившийся пельмень. Прежние порядки, прежняя марка, прежнее умение – все безвозвратно ушло вместе с Цянем. Цянь – прямой, честный, педантичный – вел торговлю в убыток. А хозяевам к концу года только прибыль подавай, да побольше.

Скопив деньжат, мы с Ваном и Цю решили открыть собственную больницу. Жену Вана сделали старшей сестрой – как-никак это уже не простая сиделка, а почти докторша. Тестю Цю поручили бухгалтерию и делопроизводство. Мы с Ваном все рассчитали: если достопочтеннейший тесть представит липовый отчет или удерет, прихватив денежки, мы спустим шкуру с Цю – он у нас будет как бы заложником. Вообще-то, затеяли все это мы с Ваном, Цю примазался к нам позднее, и за ним нужен был глаз да глаз. Ведь в любом деле неизбежно приходится делиться на фракции и присматривать друг за другом – иначе прогоришь. В случае чего нас вместе с мадам Ван было трое против одного. Правда, к Цю мог прийти на подмогу тесть, но он был уже в годах – мадам Ван и в одиночку сумела бы выщипать ему бороду. Вообще-то говоря, Цю был малый неглупый, и если бы не его коварство… Он был спец по геморрою, из-за этого, собственно, мы его и взяли, но уж если бы дело дошло до драки, церемониться с ним не стали бы.