Дневник (1887-1910)

Дневник (1887-1910)

Жюль Ренар

Дневник

1887-1910

ИЗБРАННЫЕ СТРАНИЦЫ

Перевод с французского Н. ЖАРКОВОЙ и Б. ПЕСИСА

Составление и вступительная статья Б. ПЕСИСА

Примечания А. ПАЕВСКОЙ

СОДЕРЖАНИЕ

Б. Песис. Жюль Ренар и его время

ДНЕВНИК

1887

1888

1889

1890

1891

1892

1893

1894

1895

1896

1897

1898

1899

1900

Другие книги автора Жюль Ренар

ЖЮЛЬ РЕНАР

Родина

Помню, это было в вечер возвращения после долгой разлуки с моей родной деревней. Я бродил по коротким улочкам, которые когда-то казались мне запутанными, и мне было горько смотреть на наши дома, - такими они казались маленькими. Вдруг я увидел у входа в дом мальчика. Он стоял возле стула, да и сам был не выше его.

Он вопил: "Еще дай! Еще!"

Пожилая женщина выходила из дома и всякий раз выносила в шумовке несколько рыжих дымящихся зерен гороха, которые она клала на соломенное сиденье стула. Мальчик брал горошины толстыми ручонками в ямочках, обжигался, дул на пальцы, съедал горох и кричал: "Еще! Еще!"

ЖЮЛЬ РЕНАР

Жаворонок

Из книги "Естественные истории"

Еще ни разу я не видел жаворонка, и напрасно я подымаюсь до зари. Жаворонок, в отличие от всех прочих птиц, не живет на земле.

Сегодня с самого утра я обшариваю все кочки и прошлогоднюю траву.

Над колючими изгородями перепархивают станки сереньких воробьев и свежеокрашенных щеглов.

Сорока в своем парадном мундире делает смотр деревьям.

Перепел пролетает так низко над люцерной, что прокладывает, как по шнурку, прямую своего полета.

Книга Жюля Ренара, члена Гонкуровской академии, содержит невероятно точные и глубокие афоризмы, которые были популярны как на родине автора, так и за ее пределами. В "Дневнике" писателя вас ожидают не только цитаты, но и портреты известных личностей: Сара Бернар, Поль Верлен, Виктор Гюго, Жан Жорес, а также многих других. Все эти мысли, чувства и наблюдения переданы в настолько идеальной форме, что невозможно не запомнить каждое из них – это просто незаменимая мудрость.

Жюль Ренар

КЛЮЧ

Перевод Е. Лопыревой

Альфреду Калюсу

Старуха стара и скупа; старик еще старше и скупее. Но оба одинаково боятся воров. Целый день они переговариваются.

- У тебя ключ от шкафа? -- спрашивает один.

- Да, - отвечает другая.

Это их немножко успокаивает. Они хранят его по очереди и теперь не доверяют уже и друг другу. Старуха прячет ключ преимущественно за пазухой, под рубашкой, прямо на теле. Вот бы распустить кошелечки этих никому не нужных грудей и запихивать ключ туда!

ЖЮЛЬ РЕНАР

Сабо

Нет, нет, не подумайте, что я явился в Париж обутый в сабо. Но вот из деревни я ушел действительно в сабо.

Давно уже я задумал перебраться на заработки в Париж.

Мать не соглашалась на мой отъезд и следила за мной; она боялась, что я вдруг исчезну, не испросив ее позволения,

Я вставал первым, и мать прислушивалась к моим шагам. Она слышала, как стучат сабо, и думала: "Не уйдет же он в сабо". Если я надевал штиблеты, она, вслушавшись, кричала мне со своей постели: "Куда это ты собрался в штиблетах? Сегодня, кажется, не праздник, ярмарки нет". Я отвечал: "Мама, я иду работать в поле; я надел штиблеты, потому что дождь и в поле можно увязнуть".

ЖЮЛЬ РЕНАР

Олень

Из книги "Естественные истории"

Едва я вступил на лесную просеку, как на другом краю появился он.

Сначала мне показалось, что идет какое-то страшное существо и несет горшок цветов.

Потом я различил маленькое карликовое деревцо с разросшимися ветвями и без листьев.

Наконец показался весь олень, и мы оба остановились.

Я сказал ему:

- Подойди ко мне, не бойся. Ружье у меня так, для виду, чтобы не отставать от серьезных людей. Я никогда им не пользуюсь и пули оставляю в ящике.

ЖЮЛЬ РЕНАР

Орангутанг

- Просто поразительно, как хорошо мой муж представляет орангутанга, говорит г-жа Борнэ.

Избранные гости - их не больше десятка - начинают присматриваться к г-ну Борнэ. Сегодня в интимной обстановке им было рассказано несколько страшных историй.

- Самый удивительный рассказ, - говорит г-н Борнэ, - по моему мнению, это "Убийство на улице Морг". Эдгар По так ловко все построил, что я лично, сколько ни читаю и ни перечитываю, никогда не догадываюсь, что это был орангутанг.

ЖЮЛЬ РЕНАР

Роза

Подруга Марселя вошла и протянула ему розу; она любила Марселя за модное имя и за то, что он печатался в журналах.

- В такой холод розы - просто редкость, - сказала она. - Угадай, сколько она стоит?

- Она бесценна!

Он налил воды в голубую пузатую вазочку и поставил в нее цветок.

- Смотри не погуби ее. Цветочница сказала, что в тепле роза может распуститься.

- Ну, что ж, увидим; у меня тепло.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары
В сборнике "Южноуральцы на фронте и в тылу" представлены удивительные истории о мужестве и самоотверженности жителей Урала во время Великой Отечественной войны. Автор описывает важную роль, которую играли уральцы в обеспечении победы над врагом, их трудовой подвиг, проявленный в производстве военной продукции, создании добровольческих бригад и отправке помощи на фронт. Забытые подвиги уральцев оставят вас восхищенными и благодарными перед их стремительностью и неистощимым патриотизмом.
Книга "Собственные записки" Н. Н. Муравьева-Карсского охватывает период с 1835 по 1848 годы, включая руководство штабом 1-й армии и командование 5-м армейским корпусом. Здесь автор дает подробный рассказ о своей военной деятельности, а также о последующем отставном периоде в течение десяти лет. Эти записки будут интересны не только специалистам, но и всем, кто увлечен историей России и ее соседей. При чтении PDF A4 версии книги сохранен оригинальный дизайн издания.
Эта книга - не руководство по достижению славы, богатства и независимости, а скорее история жизни, переполненная случайностями, неизбежностями и судьбоносными решениями. В ней я поделюсь своим опытом жизни в Европе, расскажу о своей истории любви и о том, как я смогла преодолеть тяжелые испытания, предоставленные судьбой. Это не просьба о сочувствии или одобрении, а скорее попытка показать, что даже в самых сложных ситуациях можно сохранить радость и оптимизм, по-новому взглянув на жизнь вокруг себя.
"Фантомные боли памяти (Тифлис-Тбилиси)" - книга, написанная драматургом и прозаиком Нелли Христофоровной Осиповой-Лимановой. В отрывке из книги описывается история старинного кремнёвого ружья, которое висит на стене дома уже несколько десятилетий. Рассказ начинается с воспоминаний героини о детстве в Тбилиси и первом знакомстве с этим оружием в доме папиного друга. Оружие становится символом мужской силы и вечной детской игры, а его история прочно связана с историей города и его жителей. Книга наполнена ностальгией и тайной, пронизана тонкой атмосферой давно ушедших времен и загадочных судеб.
Очень важно сохранять в памяти наши воспоминания, и дневник - это прекрасный способ делать это. Автор этих записей, Т.И. Гончарова, в течение долгих лет вел дневник, заполняя его своими мыслями и чувствами, описывая события, происходящие в ее жизни и в стране. Благодаря этим записям мы можем погрузиться в атмосферу прошлых времен и увидеть прошлые события глазами человека, который на них присутствовал. Личный дневник может не быть шедевром литературы, но он честный и искренен, что придает ему особую ценность.
Эта книга является первой научной биографией великого философа периода европейского Средневековья, который проложил путь к развитию мышления Нового времени. В ней содержатся переводы работ философа с комментариями и библиографией. Автором книги является доктор философии, профессор МГУ. Редакция сохранена в формате a4.pdf.
В данной книге собраны сценарии знаменитых фильмов Кшиштофа Кесьлёвского, таких как "Декалог", "Двойная жизнь Вероники" и трилогия "Три цвета". Кроме того, читателю представлены статьи, интервью и автобиография режиссера, в которой он рассказывает о своей жизни, работе и коллегах. Эта книга открывает уникальную возможность окунуться в мир творчества одного из величайших кинематографистов ХХ века.
Павла Флоренского называют "русским Леонардо да Винчи" из-за его многосторонних интересов и вклада в различные области науки и искусства. В своих посланиях к семье из лагерей 1933-1937 годов священник Флоренский делится своими знаниями и мыслями о семье, роде и личности. Он подчеркивает важность передачи опыта от родителей к детям и обустройство гармоничных семейных отношений. Письма Флоренского образуют цельное произведение, которое можно рассматривать как оправдание рода и семьи. В них звучит призыв к утверждению личности через восприятие и передачу опыта рода.
Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Жюль Ренар

КАК ГОСПОДИН СЮД ЗАСТРЕЛИЛ ДУБ

Перевод Е. Лопыревой

Посвящается Луи Борди де Сонье

- Однако, - сказал г-н Сюд, - почему же ты не стрелял?

- Я забыл, - простодушно ответил самому себе г-н Сюд.

Он не стал больше бранить себя и лишь проводил взглядом куропаток, которые устроились подальше, на засеянном поле.

- Отлично! -- сказал г-н Сюд. -- Теперь и попались!

И направил свой указательный палец точно на это место. Он шел, одной рукой держа ружье за середину ствола, расставив локти, высоко поднимая свои короткие ножки и изо всех сил стараясь удерживать позади себя Пирама, старую, взятую напрокат собаку умеренной резвости.

ЖЮЛЬ РЕНАР

Лебедь

Из книги "Естественные истории"

Он скользит по пруду, как белые салазки, от облачка к облачку. Он изголодался по перистым облакам, которые родятся на его глазах, движутся и исчезают в воде. Ему хочется облака. Он нацеливается клювом и вдруг погружает в воду свою шею, одетую в снега,

Потом шея его появляется из воды, как женская рука из рукава.

Ничего.

Он оглядывается: испуганные облака исчезли.

ЖЮЛЬ РЕНАР

Мурашка и куропатка

Из книги "Естественные истории"

Однажды мурашка упала в колею, где застоялась дождевая вода, и чуть не потонула, но тут куропатка, утолявшая по соседству жажду, подхватила ее клювиком и спасла ей жизнь.

- Я вам отслужу, - пообещала мурашка.

- Времена Лафонтена прошли, - скептически присвистнула куропатка. - Не то чтобы я сомневалась в вашей признательности, но как же вы ухитритесь укусить за пятку охотника, когда он в меня прицелится! Охотники нынче босиком не ходят.

ЖЮЛЬ РЕНАР

Налог

- Текст точный, - сказал сборщик, обращаясь к Нуармье. - "Закон от семнадцатого июля тысяча восемьсот восемьдесят девятого года, статья третья, параграф третий: отец и мать, имеющие семерых живых законных или усыновленных детей, не подлежат обложению подушным налогом и обложению движимости".

- Послушай-ка, - сказал жене Нуармье, - у нас уже шестеро ребят, живо сделаем седьмого и тогда не будем больше платить налогов.