Двенадцать апостолов

Двенадцать апостолов

Сергей Эйзенштейн

"Двенадцать апостолов"

достаточно известна "непонятная" история рождения фильма "Броненосец "Потемкин". История о том, как он родился из полстранички необъятного сценария "Пятый год", который был нами написан в совместной работе с Ниной Фердинандовной Агаджановой летом 1925 года.

Иногда в закромах "творческого архива" натыкаешься на этого гиганта трудолюбия, с какой-то атавистической жадностью всосавшего в свои неисчислимые страницы весь необъятный разлив событий пятого года.

Другие книги автора Сергей Михайлович Эйзенштейн

Сергей Эйзенштейн

Монтаж (1938)

Был период в нашем вино, когда монтаж провозглашался "всем". Сейчас на исходе период, когда монтаж считается "ничем". И, не полагая монтаж ни "ничем", ни "всем", мы считаем нужным сейчас помнить, что монтаж является такой же необходимой составной частью кинопроизведения, как и все остальные элементы кинематографического воздействия. После бури "за монтаж" и натиска "против монтажа" нам следует заново и запросто подойти к его проблемам. Это тем более нужно, что период "отрицания" монтажа разрушал даже самую бесспорную его сторону, ту, которая никак и никогда не могла вызывать нападок. Дело в том, что авторы ряда фильмов последних лет настолько начисто "разделались" с монтажом, что забыли даже основную его цель и задачу, неотрывную от познавательной роли, которую ставит себе всякое произведение искусства,-- задачу связно последовательного изложения темы, сюжета, действия, поступков, движения внутри киноэпизода и внутри кинодрамы в целом. Не говоря уже о взволнованном рассказе, даже логически последовательный, просто связный рассказ во многих случаях утерян в работах даже весьма незаурядных мастеров кино и по самым разнообразным киножанрам. Это требует, конечно, не столько критики этих мастеров, сколько прежде всего борьбы за утраченную многими культуру монтажа. Тем более что перед нашими фильмами стоит задача не только логически связного, но именно максимально взволнованного эмоционального рассказа.

Талант этого художника является величайшим вкладом американцев в мировую культуру и вызывает огромный интерес в СМИ. Множество газетных статей, которые переосмысливают этот феномен, написаны разными журналистами и публикуются в разных изданиях. И все эти статьи принадлежат одному и тому же человеку - русскому кинематографисту, который только что прибыл в Северную Америку. Однако, до приезда в США новости о его успехах уже распространились из Англии. Там он с большим нетерпением посмотрел произведения того, кого он страстно восхваляет во всех своих интервью. Таким образом, дружественные отношения установились задолго до личной встречи между тем, кого хвалят, и тем, кто хвалит - между Диснеем и мной.

Сергей Эйзенштейн

Вертикальный монтаж

I

В статье "Монтаж 1938", давая окончательную формулировку о монтаже, мы писали:

"...Кусок А, взятый из элементов развертываемой темы, и кусок В, взятый оттуда же, в сопоставлении рождают тот образ, в котором наиболее ярко воплощено содержание темы...", то есть "изображение А и изображение В должны быть так выбраны из всех возможных черт внутри развиваемой темы, должны быть так выисканы, чтобы сопоставление их -- именно их, а не других элементов -вызывало в восприятии и чувствах зрителя наиболее исчерпывающе полный образ самой темы..."

Сергей Эйзенштейн

Будущее звуковой фильмы

ЗАЯВКА

Заветные мечты о звучащем кинематографе сбываются.

Американцы, изобретя технику звучащего кино, поставили его на первую ступень реального и скорого осуществления.

В этом же направлении интенсивно работает Германия.

Весь мир говорит сейчас о заговорившем Немом.

Мы, работая в СССР, хорошо сознаем, что при наличии наших технических возможностей приступить к практическому осуществлению удастся не скоро. Вместе с тем мы считаем своевременным заявить о ряде принципиальных предпосылок теоретического порядка, тем более что по доходящим до нас сведениям новое усовершенствование кинематографа пытаются использовать в неправильном направлении.

Сергей Эйзенштейн

Четвертое измерение в кино

Ровно год тому назад -- 19 августа 1928 года, еще не приступая к монтажу "Генеральной линии", я писал в "Жизни искусства", No34, в связи с гастролями японского театра:

"...В "Кабуки"... имеет место единое, монистическое ощущение театрального "раздражителя". Японец рассматривает каждый театральный эксперимент не как несоизмеримые единицы разных категорий воздействия (на разные органы чувств), а как единую единицу театра.

Перед Вами – рассказ великого кинорежиссера Сергея Михайловича Эйзенштейна о его пути к искусству Большого Кино.

Сергей Эйзенштейн

Монтаж attpaкционов

К ПОСТАНОВКЕ НА ВСЯКОГО МУДРЕЦА

довольно простоты" а. Н. ОСТРОВСКОГО "

В МОСКОВСКОМ ПРОЛЕТКУЛЬТЕ

I. ТЕАТРАЛЬНАЯ ЛИНИЯ ПРОЛЕТКУЛЬТА

В двух словах. Театральная программа Пролеткульта не

в "использовании ценностей прошлого" или "изобретении новых форм театра", а в упразднений самого института театра как такового с заменой его показательной станцией достижений в плане поднятия квалификации бытовой оборудованности масс. Организация мастерских и разработка научной Системыдля поднятия этой квалификации -- "прямая задача научного отдела Пролеткульта в области театра.

Сергей Эйзенштейн

О форме сценария

Номерной сценарий вносит в кинематографию столько же оживления, как номера на пятках утопленников в обстановку морга".

Так я писал в разгар споров о том, каковы должны быть формы изложения сценария.

Этот вопрос не может быть спорным.

Ибо сценарий, по существу, есть не оформление материала, а стадия состояния материала

на путях между темпераментной концепцией выбранной темы и ее оптическим воплощением.

Популярные книги в жанре Советская классическая проза
Исключительно русские читатели регулярно имеют возможность воспользоваться плодами творчества выдающегося эстонского прозаика, известного как Герой Социалистического Труда и народный писатель Эстонии - Пауль Куусберг. В его новой книге, составленной из наиболее оцениваемых произведений последних лет, писатель вкладывает много усилий в анализ моральных вопросов и вызывает острые размышления на эту тему. Книга представляет собой уникальную возможность окунуться в мир эстонской литературы и получить удовольствие от литературных шедевров этого автора.
Книга представляет собой сборник повестей и рассказов, написанных известным дагестанским писателем. В этих произведениях автор рассказывает о простых советских людях, которые усердно работают, чтобы сохранить Кавказские горы и заботятся о природе. В сборник включены две повести - "Два месяца до звонка" и "Опасная тропа". Главное место в книге занимает первая повесть, в которой автор поднимает важные вопросы гражданской активности советского человека и его ответственности перед обществом. Главный герой - сельский учитель по имени Мубарак - становится примером решения этих вопросов. Читатель обнаружит в этой повести и других произведениях Ахмедхана Абу-Бакара художественную оригинальность, поэтическое видение мира, юмор и фантазию. Вся книга погружает нас в уникальный мир автора, полный ярких образов и глубоких мыслей о значимости каждого человека в обществе.
Аннотация: Книга "Если копнуть глубже" рассказывает о встрече главного героя, Яковлевича, с его соседом, пенсионером Иваном Матвеевичем, который задает вопросы о призыве правдивости в литературе и просит объяснить, что именно подразумевается под этим призывом. Яковлевич пытается разъяснить Ивану Матвеевичу, что писатели должны показывать правду о жизни, проникая глубже в суть явлений и обнаруживая то, что может быть скрыто от поверхностного взгляда. Примером соседу служит узнаваемая фигура Пашки с девятого этажа, которая, хоть и не является выдающимся, но руководит солидным учреждением. Книга задает вопросы о значимости правды в художественном творчестве и призывает читателей к глубинному пониманию событий и явлений жизни.
Отрывок из книги "Как стать знаменитым писателем" представляет собой рассуждение автора о том, каким образом можно достичь успеха в литературе. В отрывке описываются различные пути к популярности, сфокусированные на идее "жить под лестницей". Автор объясняет, что это не только отсутствие собственного жилья, но и некий статус, позволяющий извлечь пользу из этой ситуации. В отрывке также приводятся примеры из реальной жизни, подкрепляющие авторские рассуждения. Книга обещает помочь читателю разобраться в этих вопросах и построить свой путь к успеху в писательстве.
Книга "Как это нам удается?" - это своеобразная исповедь автора, которая касается его профессиональной деятельности и личного самочувствия. Он хочет рассказать о своем недоумении, которое с каждым годом только укрепляется. В книге автор перескакивает с темы на тему, задает вопросы и отвечает на них сам. Он приводит примеры из своей жизни, чтобы пояснить иллюстрацию своих мыслей. В центре внимания находится вопрос: "Как вам это удалось?", на который автор пытается найти ответ, рассказывая о своих собственных противоречивых и неоднозначных ситуациях.
Книга "Кольцо с бриллиантами" является захватывающим рассказом, автором которого стал некто, с которым главный герой разделил случайное приключение в самолете. Отрывок, представленный выше, рассказывает о Васе Припухлове, который решил поменять свою жизнь и бросить пить, чтобы накопить деньги на автомобиль. Но при неудаче с инвестициями, Вася осознает, что его сбережения были потрачены напрасно. Во время командировки, он имеет неприятный опыт в кафетерии, который иллюстрирует его негативное прошлое. Таким образом, отрывок создает интригу и намекает на главный сюжет книги, который, скорее всего, связан с историями героя о жизни до изменений и о новых приключениях, которые ожидают его в будущем.
Аннотация: Книга "Королевский терьер" исследует отношения человека и собаки, демонстрируя, что собака всегда будет верным другом человека. Автор подчеркивает, что собака легче завести и настроить на дружбу, в то время как настоящий друг среди людей не приобретается покупкой, требуется время и усилия, чтобы выработать доверие и близость. Отрывок рассказывает о двух друзьях, которые, пройдя многое вместе, достигли успеха в своей профессиональной карьере и нашли комфорт и стабильность в жизни, но вместе с тем потеряли близость и контакт друг с другом. Аннотация использует пример с друзьями, чтобы показать, что хотя человеческие отношения могут быть сложными, собака всегда будет оставаться преданным другом без требований и условий. Книга проливает свет на уникальную динамику взаимодействия между человеком и собакой и исследует, как она может влиять на нашу жизнь и самоопределение.
"Лето солнечного затмения" - книга, написанная автором, который признается в своей сложности выдумывать и сочинять истории. Он рассказывает о своих трудностях начать повествование о вымышленных персонажах, которых он не знает. Автор признается, что ему легче и удобнее писать о себе и о тех, кого он знает лично. Однако, его приятель-литератор утверждает, что только когда писатель способен проникнуть в душу неизвестного и выдуманного персонажа, он может стать истинным литератором. Автор также рассказывает о своем опыте написания статей о реальных людях, которые привели к конфликтам и войне с другими генералами. В аннотации упоминается о том, что автор сделал отчаянную попытку писать по рецепту своего друга-теоретика и хочет рассказать об этом отдельно. Книга начинается с описания того, как автор убегает от городского шума и суеты на дачу, чтобы наконец-то сосредоточиться на своей работе и поработать спокойно.
Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Сергей Эйзенштейн

Моя первая фильма

В пьесе Островского "На всякого мудреца довольно простоты" одним из двигателей интриги является дневник, в котором Глумов записывает все свои похождения.

Занявшись в Пролеткульте революционной "модернизацией" Островского, то есть социальной перелицовкой его персонажей на такие, какими они могли бы быть сегодня (Крутицкий -- Жоффр, Мамаев -- Милюков и т. д., вплоть до Голутвина, который бы сейчас был нэпачом),-- мы модернизовали и дневник.

Сергей Эйзенштейн

С.Эйзенштейн о С.Эйзенштейне,

режиссере кинофильма "Броненосец потемкин"

Мне двадцать восемь лет. Три года, вплоть до 1918 года, я был студентом. Вначале мне хотелось стать инженером и архитектором. Во время гражданской войны был сапером в Красной Армии. В это же время в свободные часы я начал заниматься искусством и театром, особенно я интересовался историей и теорией театра. В 1921 году в качестве театрального художника вступил в Пролеткульт. Театр Пролеткульта был занят поисками новой художественной формы, которая бы соответствовала идеологии новой России и нового государственного строя. Наша труппа состояла из молодых рабочих, стремившихся создать настоящее искусство, вносивших в него новый темперамент, новые взгляды на мир и искусство. Их художественные взгляды и требования полностью совпадали тогда с моими, хотя я, принадлежа к другому классу, пришел к тем же выводам, что и они, лишь чисто умозрительным путем. Последующие годы были насыщены ожесточенной борьбой. В 1922 году я стал единственным режиссером Первого Московского рабочего театра и совершенно разошелся во взглядах с руководителями Пролеткульта. Пролет-культовцы были близки к точке зрения, которой придерживался

Сергей Эйзенштейн

Волки и овцы

РЕЖИССЕР И АКТЕР

Я глубоко принципиально стою за коллективизм в работе. Подавление инициативы любого члена . коллектива считаю весьма неправильным. Больше того, на Всесоюзном совещании по кино формулировал это совсем резко: "Только бездарный коллектив может существовать на затирании одной творческой индивидуальности другою".

Однако и в этом вопросе существует борьба на два фронта. И есть и бывают случаи, когда "железная пята" режиссера не только законна, но и необходима.

Юлия ЭКАРЕВА, Андрей БЕЛЯКОВ

Дурак дураком

Какое самое популярное ругательство у детей в детсадовском возрасте? Лравильно - "дурак". Кто самый популярный герой русских сказок? Иван-дурак. Как мы журим близкого человека? "Дурачок", "дурашка"... Нашего человека словом "дурак" обидеть практически невозможно, даже если сказать очень резко, вроде: "Ну ты и дур-р-рак!" "Сам дурак!" весело прозвучит в ответ, и разойдутся с миром. Наверное, только в спорах с начальством да в многомудрых дискуссиях употреблять сие определение все же не стоит.