Лесные люди

Лесные люди

БОРИС КОЛОКОЛОВ

ЛЕСНЫЕ ЛЮДИ

Рассказ

Шаманят! - произнес Мунов. Он сердито поворочался в кровати, поднял плечи, прислушался.

Глухая тишина таежной ночи простиралась над селением. Ночь давила на землю всей своей тяжестью. В самом доме чувствовалось, что за окном пасмурная, тяжелая снеговая темень. Там, возможно, даже крупа сыплет. Но только не все спало в ночи. Кроме тупых ударов в бубен, Мунов уловил шорохи возни своих собак на крыльце. В вершинах леса прогудел ветер. Потом он еще отыскал один стук - отдаленный, прерывистый. Мунову показалось, будто он разобрал голос: "Галя, пусти! Слышь, Галя! Пусти..." - "Негодник, выругался Мунов. - Сейчас я тебя пущу", - сказал он и, соскочив с постели на холодный пол босыми ногами, принялся одеваться.

Другие книги автора Борис Борисович Колоколов

«Искателю» исполнилось пять лет. За эти годы в тридцати выпусках опубликовано 250 произведений приключенческой и фантастической литературы. Читатели познакомились с творчеством советских литераторов разных поколений. Представлено в «Искателе» и творчество ряда зарубежных писателей.

На 1-й стр. обложки: Рисунок Н. ГРИШИНА к рассказу Станислава Лема «Правда».

На 2-й стр. обложки: Рисунок Ю. МАКАРОВА к повести А. Очкина «Четырнадцатилетний истребитель».

На 4-й стр. обложки: «Строительство новой обсерватории». Фото Е. ЯСЕНОВА.

Популярные книги в жанре Научная фантастика
После окончания Третьей мировой войны, весь мир поменялся: в большинстве стран правят монархи, а известный нами вирус уничтожил 90% мужчин, что привело к редким и часто неполноценным мужским рождениям. Александр - слабовольный семнадцатилетний британский принц, один из шестидесяти принцесс. Он желает только одного - простую жизнь вдали от дворца и от жестокой опеки сестры Делинды, которой власть была передана после смерти матери. Единственный человек, которому он доверяет - его преданный и любящий телохранитель Каспар. Но всё меняется в жизни Александра, когда он узнает три слова: Зазеркалье Нашей Реальности. Что же это такое? Может быть, это настоящая причина миллионов смертей? Или может быть, причина для нового конфликта? Грядет нечто ужасное, и только один человек способен пролить свет на эту тайну - загадочный германский принц Саша Клюдер, который может стать как спасением человечества, так и его гибелью. В ситуации, где будущее находится под угрозой, Александр должен принять сложное решение, которое изменит все его представления о мире и себе самому.
Наконец-то вышла завершающая часть долгожданного романа, который читатели ждали целых два года. Три предыдущие книги автора разошлись огромными тиражами, почти 50 000 экземпляров было продано. В новом томе, который написан в жанре научной фантастики, сохраняются все самые яркие качества, характерные для Образцова: его фирменный стиль, захватывающий сюжет, множество головокружительных поворотов, загадок и тайн, а также детали, передающие атмосферу 80-х годов. Книга заставляет задуматься: что бы произошло, если бы Землю миллионы лет назад ненамного отклонила от своей обычной оси вращения или изменила тяготение и параметры, необходимые для возникновения жизни? Вероятность такого события почти равна нулю. Поэтому возникает вопрос: откуда вообще взялась жизнь на нашей планете? Была ли она спонтанной или рассчитанной? Может, наша цивилизация была результатом эксперимента высшей силы? А когда эксперимент под названием "человечество" закончится, нас просто сотрут с лица Земли, словно решенное уравнение. События книги происходят в Ленинграде в августе 1984 года. Смерть влиятельного преступника сначала считается самоубийством, а его необычные обстоятельства объясняются приступом безумия. Но по мере расследования все больше становится ясно, что происходит что-то гораздо более странное, загадочное и невероятное. Роман объединяет проявления человеческих эмоций, внутренних конфликтов и пороков в живописном сюжете, охватывающем пространство и время от Большого взрыва до наших дней. Эта книга относится к замечательному жанру фантастики, который способен дать нам ответы на самые сложные вопросы о природе и назначении человечества. Автор Константин Образцов, признанный мастер психологических триллеров, годами работал над романом, в котором он введет нас в мир известных цивилизаций, их чувств и нравов. Эта книга предоставляет множество пищи для размышления о природе реальности, пределах человеческого познания и происхождении Вселенной. Уникальное сочетание жанров делает этот роман поистине непредсказуемым: он начинается как обычный детектив, но затем приобретает черты булгаковской фантастической истории, чтобы наконец превратиться в увлекающую научную фантастику. Такое разнообразие жанров свидетельствует о великом мастерстве Образцова и его способности зажечь интерес читателя на протяжении всего романа.
Аннотация: В отрывке из книги "Оружие и мальчик" рассказывается о главном герое, Викторе Блюме, который получает в подарок игрушечную армию от своего отца в честь дня рождения. Восторженный мальчик рассматривает содержимое коробки со солдатиками, техникой и оружием, мечтая пойти с ними поиграть на улицу. Однако, из-за непогоды ему приходится отложить игру на завтра. Отец предлагает Виктору поиграть в старой песочнице в подвале, на что мать соглашается, подчеркивая необходимость соблюдения правил и одевания надлежащей одежды. Обрадованный мальчик отправляется в свою комнату подготовиться к игре, тем самым доставив максимальное счастье своим родителям.
Автор книги "Авраам, Гарри и Джон", Тони КИН, является студентом Манчестерского университета, готовящимся к получению ученой степени доктора философии. Он также занимается написанием комических сценариев, коротких рассказов и статей для журналов любителей рок-музыки. В отрывке главы книги, рассказывается о моменте, когда автор играет в покер с тремя парнями в городишке в Канзасе. Внезапно один из игроков обвиняет автора в шулерстве, что приводит к насильственному конфликту и огнестрельному инциденту.
Первый том собрания произведений известного фантаста включает в себя популярный роман "Фаэты", рассказывающий о гибели пятой планеты солнечной системы из-за разрушительного ядерного взрыва в океанах. Книга повествует о приключениях выживших героев и их потомков в новом мире после страшной катастрофы. В томе также представлены иллюстрации от художника Ю. Г. Макарова и оформление от А. Е. Ганнушкина, которые дополняют атмосферу фантастического мира, созданного автором.
Том 3 "Пылающий остров" из собрания сочинений Александра Казанцева начинается с описания загадочной катастрофы, произошедшей в Сибири в 1908 году. Взрыв с необъяснимой силой разрушил все на своем пути, вызывая необычные явления, такие как белые ночи и сотрясение земли. Загадочные события исследуются русским ученым Полкановым, который сталкивается с таинственными последствиями этого ужасного события. Открытия и тайны разгадываются в этой захватывающей книге, в основе которой лежит философия о том, как идеи и восприятия отражают реальность.
та загадочный отрывок из книги "Пыль и пепел или рассказ из мира Между" захватывает читателя с первых строк. Герой оказывается в странных и жутких ситуациях, где мир реальности переплетается с миром кошмаров. Неожиданно звонок телефона рвет его из кошмара и возвращает в реальность, но неведомая тревога остается в воздухе. Книга обещает захватывающее путешествие в мир темных снов и страстей, где реальность нередко стирается гранью между жизнью и смертью.
"Баловень судьбы" - это история молодого человека по имени Антуан, который отправляется в Бургундию, чтобы заняться виноделием после того, как его отец умер и оставил его без средств к существованию. Встреча с эффектной матерью шоколадно-блондак с лицом-ангелом наводит его на мысль о том, что может быть встреча с ней не случайна. Сможет ли Антуан найти свое счастье в среде виноделов и стать успешным, или же он будет баловнем судьбы, брошенным на произвол судьбы?
Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В.Коломеец

Критическая масса

...Он шел сквозь горячий воздух по серой земле и ощущал, как останавливается время. До этого события развивались нереально быстро: вертолеты уже давно залили бетоном останки дома и сада, а улицы городка покрылись защитной пленкой. Те, кто оставался позади, сделали все необходимое... А он продолжал идти, но шаги теперь давались с трудом, словно солнце давило сверху на плечи.

Сухие губы что-то прошептали, а он даже не прислушался к ним: завладело иное - не страх, который был и прошел, а что-то другое, похожее на боль. Он подумал: "У меня болело сердце. Болела печень... А что болит сейчас?"

Коломиец Кирилл

Велосипед

Идея с'ездить к "Зениту" мне понpавилась, но тов. Моченева на pаботе отстуствовало, и я отпpавился один, как соpенсен.

Выбоp конечно огpомный, pавно как и ценовые категоpии - от миллиона pублей стаpыми, до 3 тыс. доллаpов. Я взял, как и планиpовал, за около $300. От чуть более дешевых моделей отличается системой пеpеключения пеpедач (как мне об'яснили, аж четвеpтого поколения, оченно надежная и тп, но на самом деле фиг его знает :) и весом - сделан из более легкого металла (хpом-ванадий что ли), и pазница в весе со стандаpтным стальным конем весьма существенна. Кто будет бpать - если ездить по гоpоду, то подумайте, стоит ли экономить 200-300 pуб, чтобы потом надpываться, тягая эту махину по подземным пеpеходам, и тп. (Есть пpавда и алюминивые, но они где-то от тысячи доллаpов :). Hу вот собственно и все.

Василий Колошенко

ТРАГЕДИЯ В ЗАПОЛЯРЬЕ

Первый в мире атомный ледокол "Ленин" 17 мая 1960 года стоял на швартовых в Мурманском заливе в ожидании вертолета, с которым должен был идти в Ледовитый океан на ходовые испытания. Капитан ледокола Павел Акимович Пономарев, находившийся на палубе, увидел над сопками вертолет Ми-4. Дежурный радист по корабельному радио сообщил о прилетающем вертолете, и вся команда ледокола, все многочисленные гости ученые из Англии, Франции, США - вышли на верхнюю палубу встретить его экипаж. Вот Ми-4 пролетел над ледоколом, покачал несущим винтом, приветствуя встречавших на корабле, развернулся и, уменьшая скорость и высоту, начал садиться на большую кормовую площадку. Защелкали кино- и фотоаппараты. Но вертолет почему-то не опустился на площадку, а, медленно пролетев над ней и оказавшись над водой, вдруг резко снизился и упал. Все с ужасом увидели, как, ударяясь о воду, ломались лопасти несущего винта, как, погружаясь, извергал клубы пара громыхающий двигатель. Вертолет быстро ушел в холодные воды залива... И уже через несколько секунд на поверхности залива остались только пузырьки вочдуха и масляные пятна. Матросы, дежурившие на приспущенных на воду шлюпках, загребая веслами, устремились к тому месту, где затонул вертолет, но из глубин залива на поверхность продолжен подниматься только пузыри воздуха. В вертолете находились командир экипажа Кузнецов Николай Николаевич, штурман Зубов Николай Васильевич, бортмеханик Жидовкин Иван Матвеевич, бортрадист Крамар Виктор Евстафьевич. Что явилось причиной катастрофы? Что ей предшествовало? Считая себя в какой-то степени причастным к случившемуся, расскажу все по порядку. В то время полярная авиация состояла из двух авиационных отрядов Игарского и Чукотского, и Московской авиационной группы особого назначения (МАГОН). При ней с появлением вертолетов была создана аварийно-спасательная эскадрилья. Первыми летчиками этой эскадрильи были известный полярный летчик Михаил Григорьевич Завьялов и автор этих строк. Вскоре после создания нашей эскадрильи в ее штаб пришел Николай Николаевич Кузнецов, освоивший вертолеты после самолетов разных типов. На вертолете Ми-4 отказал двигатель - и Кузнецов в режиме авторотации несущего винта (самовращения) направил машину туда, где таежные кедры были не так высоки. Экипаж отделался легкими ранениями. Вертолет вышел из строя. Это сибирское происшествие с благополучным исходом для людей стало своеобразной визитной карточкой пилота - и Кузнецов был назначен к нам командиром эскадрильи. Сильный, решительный, настойчивый, но и бескомпромиссный, он располагал к себе многих, и меня в том числе. ...Атомный ледокол "Ленин" задерживаются с выходом в Ледовитый океан из-за дефектов - результат спешки при его строительстве. Еще находясь в Антарктиде, я получил приглашение летать на вертолете с ледокола. Я согласился и был назначен командиром звена вертолетов, которые предполагалось базировать на ледоколе и применять их в основном для ледовой разведки. Пока на ледоколе шли работы по устранению дефектов, я решил согласиться с предложением генерального конструктора вертолетов Михаила Леонтьевича Миля и старшего летчика-испытателя фирмы Рафаила Ивановича Капрэляна перейти в их конструкторское бюро на работу летчиком-испытателем. Михаил Леонтьевич позвонил начальнику полярной авиации, и тот согласился с моим переводом в КБ, но только при условии, что Миль гарантирует выполнение мною трех задач. Мне надлежало, вопервых, отобрать несколько опытных полярных вертолетчиков и обучить их взлетам и посадкам на подобранные с воздуха пыльные или заснеженные площадки, когда и сам вертолет окутывают пыльные или снежные вихри, образуемые струями от несущего винта (и скрывающие видимость поверхности площадки, что часто приводит к поломке вертолетов, а иногда и к гибели экипажа и пассажиров). Вовторых, нужно было обучить отобранных мною летчиков полетам днем и ночью в облаках. И, наконец, подготовить их к полетам на вертолетах с атомного ледокола днем и в полярную ночь. Михаил Леонтьевич согласился с условиями начальника полярной авиации. Я напомнил ему, что эти виды полетов во много раз сложнее, чем на любом из существующих самолетов, что полеты в облаках, взлеты и посадки на пыльные или заснеженные площадки запрещены соответствующими инструкциями... Помолчав, добродушно улыбаясь, Михаил Леонтьевич заметил: - Василий Петрович, вы рассказывали мне о том, что вами освоены эти сложные виды полетов, так почему бы вам не обучить других полярных вертолетчиков хорошо, безаварийно летать? Мне также известно, что пока в Советском Союзе только вы, летчик полярной авиации, летали с кораблей, летали по написанной вами инструкции, взлетали и садились на корабли при их движении во льдах и по чистой воде, так почему бы не передать свой опыт другим? А что касается инструкций, то они с течением времени должны претерпевать изменения... Или я что-то перепутают? - Нет, Михаил Леонтьевич, все правильно. Я готов выполнить условия начальника полярной авиации. Этими полетами в какой-то степени будет реабилитирован авторитет вертолетов. Я знал, что инструкции уберегали экипажи от летных происшествий... и одновременно являлись их причиной. В отделе кадров полярной авиации я отобрал семь личных дел. Семь командиров вертолетов с большим налетом на самолетах, а главное - на вертолетах. Все семь командиров были вызваны в Москву. Все семь летчиков изъявили согласие обучаться полетам по моей методике. На вертолете Ми-4 (а все Ми-4 имели двойное управление) мы с подмосковного аэродрома Захарково улетели на аэродром в Череповец. Этот аэродром принадлежал полярной авиации, и мы стали там полными хозяевами не только на земле, но и в воздухе. Расположившись в теплой и уютной гостинице аэропорта, мы приступили к обсуждению предстоящих тренировок. Кузнецов и здесь был нашим, моим командиром. Но только на земле. А в воздухе я был командиром экипажа, его инструктором, а ему предстояло быть моим обучаемым. Таким образом, мое положение было довольно неустойчивым, даже щекотливым. Мало того, что я сам летал вопреки действующим инструкциям, так теперь взялся обучать этому других - семерых командиров вертолетов во главе с командиром эскадрильи. Конечно, главная задача заключалась в том, чтобы каждый из семи так овладел сложными видами полетов, так грамотно "нарушают" инструкции, чтобы никто не допустил ни малейшей ошибки в выполнении моих наставлений. Только это могло быть гарантом безаварийных полетов обучаемых летчиков. Мы начали тренировки в полетах под шторками. Для обучаемого, который занимал левое сиденье - место командира, были закрыты лобовое и левое остекление кабины непрозрачными черными шторками. Обучаемый должен был управлять вертолетом, наблюдая за приборами. Правая часть кабины пилотов оставалась открытой, и инструктор мог пилотировать вертолет визуально, осматривать воздушное пространство впереди и справа. Конечно, первому полетать под шторкам и я предложил Николаю Николаевичу Кузнецову - из уважения к нему как опытнейшему летчику. Но он отказался, сославшись на занятость. Меня это нисколько не удивило. Мы начали тренировки. Через некоторое время я опять пригласил в полет Николая Николаевича, но он опять отказался: 'Да летай с другими, я еще успею!" И опять меня это не удивило, не насторожило. Но когда мы уже отработали примерно половину программы, я настоял на начале его тренировок. Мы заняли свои места, осмотрели кабину, пристегнулись, запустили двигатель, еще теплый после предыдущего полета, раскрутили винты, взлетели и ушли в воздушную ЗОНУ, отведенную нам для тренировок, заняв разрешенную диспетчером аэропорта высоту три тысячи метров. Николай Николаевич закрылся шторками, взял управление. Вначале он довольно хорошо удерживал вертолет от кренов и изменения тангажа, выдерживал курс и высоту полета, не допуская скольжении. Но уже на третьей - пятой минуте полета вертолет медленно, но уверенно начал заваливаться в левый крен с разворотом по курсу и правым скольжением. Я представлял, что происходит. Кузнецову казалось, что вертолет заваливается в правый крен, и он, исправляя правый крен, заваливал вертолет в левый крен. Авиагоризонт показывал левый крен, но Кузнецов больше верил своим ощущениям, чем приборам, происходила борьба с самим собой. Такое часто случалось и со мной, но это было очень давно... Левый крен все увеличивался, и я уточнил: "Больтой левый крен!" Но это уточнение не привело к уменьшению крена. Мне стало ясно, что либо Кузнецов плохо отдыхал перед полетом и вдруг почувствовал себя неважно, либо имеет весьма скромное представление о полетах по приборам. Я взял управление, убрал крен, устранил скольжение и поднялся на заданную высоту. Затем, установив курс, разрешил Кузнецову открыть шторки. Через некоторое время по моему настоянию место обучаемого опять занял Кузнецов. В полете под шторкой начало повторяться то, что было в предыдущем. Тогда Кузнецов избрал методику обмана: на мгновение он отводил взгляд от приборов, которым продолжал верить меньше, чем своим (ошибочным!) представлениям о положении вертолета в пространстве, и поглядывал в мою сторону. Увидев естественный горизонт, он тут же исправлял допущенные ошибки - и допускал новые. И опять взглянув в мою стороны, возвращал вертолет в нормальное положение. Это уже никуда не годилось! - Николай Николаевич, не отвлекайтесь от приборов, не поглядывайте в мою сторону на естественный горизонт. На какое-то непродолжительное время Кузнецов переходил на управление вертолетом по приборам, но опять допускал ошибки - и все повторялось. Я видел, что от Череповецкого металлургического комбината тянется огромное марево газа и пара, простирающее свой шлейф на многие десятки километров. Так как в тренировках предусматривалось изменение курсов и высот, то я, задавая Кузнецову новые курсы и высоты, решил направить вертолет так, чтобы Кузнецов не заметил, как вертолет окажется в этом мареве. Там видимость меньше, чем в облаках, там естественного горизонта не увидеть, там он уже не подглядит! Мы пошли в искусственное облако, создаваемое Череповецким комбинатом. Вот опять вертолет начал заваливаться в левый крен, и опять так некрасиво: со скольжением и потерей высоты. Кузнецов взглянул в мою сторону и не увидел горизонта! Он еще и еще раз смотрел в мою сторону, видимо, глазам своим не верил. Ведь над сотнями и тысячами километров была безоблачная, прекрасная погода! А тем временем вертолет продолжал заваливаться в еще больший крен, разворачиваясь по курсу... Наконец мы вывалились из этого марева в совершенно неестественном положении. Увидев естественный горизонт, Кузнецов устраню все допущенные ошибки, вытер пот со лба. После приземления с какой-то злобой сказал: - Ну и подлец же ты, товарищ инструктор! Загнал меня в загазованное облако, где и дышать-то невозможно, и потребовал отличного пилотирования!..

Марк КОЛОСОВ

ПЕРВАЯ ПАЛУБНАЯ

1

Перегонное судно "Аджаристан", только что спущенное со стапелей Балтийского завода, вышло из ленинградского порта в начале августа. Оно должно было бы выйти раньше, но встретились затруднения с экипажем. Судно предназначалось к плаванию между Одессой и Батуми, в перегонный рейс вокруг Европы шло без пассажиров и без груза. Старые матросы неохотно поступают на такое судно. Кое-как собрали экипаж, в том числе несколько подростков.